Сняв «Планету Ка-Пэкс», режиссёр Иэн Софтли не получил взамен этой великолепной драмы с загибом в научную фантастику ничего: ни славы, ни кассовых сборов, которые могли бы окупить и без того малый бюджет. Что уж говорить о недовольстве кинокритиков, надувшихся до покраснения и сложивших руки крестом, как мальчишка, которому не угодили лакомой конфетой. Объяснить провал картины во время её выхода в прокат нелегко, в связи с противоречивостью обстоятельств. Привлекательна и труппа актёров, снабжённая неподражаемым Кевином Спейси и аккуратным в своей игре Джеффом Бриджесом, и факт экранизации почитаемого романа Джина Брюера, написавшего целую серию о запутанной истории «человека с Ка-Пэкс». В конечном итоге, к просмотру тянет многообещающий жанр, который, между прочим, оправдывает свою тонкость и глубину. А зрителем этот «сок жанра» почему-то не то, что не пришёлся по вкусу, но не был в сущности распробован. Зато со временем, росточек, посаженный Софтли в почву кинематографа, пророс до культовой известности, питаемой надёжными и беспринципными киноманами.

Действие сгущается вокруг колоритного перфоманса, чем оно и обретает увлекательность отчасти детективного процесса с бьющейся в груди интригой. Геометрия сюжета такова, что он уподобляется конусу, конец которого умеренно сужается в кульминационной точке всей развязки. С поднятием занавеса фильм начинает из далека касательно неуловимой аксиомы, и мы без вступлений и отклонений от темы встречаемся с центральным персонажем. Лента плавно движется вверх, и вместе с этим неутомимым движением повышается градус разгадки сложной как китайская азбука головоломки, составленной всяческими уверениями главного героя в том, что он тот, за кого себя принимает и занимается тем, что он и делает на глазах у всех. Мастерство «лёгкости кисти» чувствуется во вразумительности и ясности толкования совершенно заумных, астрономически путанных мыслей, которыми начинена эта драма, и с их наличием она преданно остаётся именно драмой, не перескакивает на подиум фантастики, хотя её мнимость не покидает до самого финала. Драматичность особенно конкретизируется уже под конец, когда фильм диктует несколько сильных философских цитат, однако отголоски гротесковой философии звучат от первого до последнего кадра.

Прот — вопросительный знак на ножках. И в очках. Загадка, над которой не грех охотно порассуждать, вылезает из его убеждений, что он не иначе как пришелец с другой планеты, алгебраически, но мило именованной «K-PAX». Натуральный ка-пэксянин, как сам герой и нарекает себя, посетил нашу ничтожную по интеллектуальным меркам планету с той лишь целью, чтобы познать её порядки и записать все рассчёты в изрисованную чертежами и формулами книжку. Удивительно, но ими набита и сама голова Прота, что служит убедительным резоном его инопланетного происхождения. Прот уже своим появлением на экране начинает импонировать зрителю, потому что он фигура, описанная контурами обаятельной таинственности. Никто, в частности психиатр с придатками скептицизма, не потакает этому «свихнувшемуся парню». Вот только уж чересчур убедительная весть о существовании той планеты, витающей в космосе в тысячу световых лет, для всех окрашивается в предупредительный знак об осторожности. Не безумство, а неизвестность смысла, скрытого под словами пришельца, побуждает землян к нему прислушаться. Сознание неизбежно вздёргивается мыслью о далёкой, но такой близкой планете K-PAX. Ведь вот он — представитель «своего дома» — сидит перед тобой и без пылкости, с чрезвычайной умиротворённостью заставляет нас внимать его рассказам о культуре и научных познаниях «родины».

Прот — это чудо, пришедшее потому, что о нём человечество давно забыло. И до сих пор не имеет понятия, когда в отдельной комнатке нарядившаяся женщина пьёт чай за столом в 11-летнем ожидании своего кавалера, когда пожилой мужчина распирается ликованием, устремляя взор на синюю птицу, когда девушка становится безмолвными камнем, постоянно думая о дыме, который может повалить из её уст, когда обычный молодой парень страшится микробов и вирусов в любой безобидной вещи. Прот явился вестником веры в то, во что человечество боялось верить и чего не хотело признавать. Прот может вести за собой людей, утерявших надежду — смысл жизни, самого себя. Да, Прот — чудо. Но это чудо, каким бы оно прекрасным не казалось, есть исчадие страданий и мук, уготованных безжалостной жизнью на долю мирного человека. Никому не ведомый, он превращается в того, кого мир принимает с любовью и благодатью — в Прота. А потом он покидает нас, седлает пучок света и пропадает в космическом пространстве, отделяющем Землю от такой странной, но манящей планеты K-PAX…